slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Артист Старого времени

Лет сорок пять назад в подмосковной Коломне, в городском парке часто можно было встретить степенно прогуливающегося пожилого человека высокого роста, одетого в серый костюм или летнее пальто, опиравшегося на палку или же сидевшего в глубоком раздумье на скамейке. Обращало на себя внимание его неординарное лицо и какая-то непохожесть на окружающих. Видно было, что человек этот — не из толпы.
Это был старый драматический актёр и режиссёр Михаил Васильевич Ильнаров, живший в это время на покое в Коломне и ставивший спектакли с местными любителями сценического искусства на подмостках дворца культуры. Свою карьеру он начал в 1909 году. При поступлении в театр простую фамилию «Латрыгин» он сменил на более выразительный и звучный актёрский псевдоним «Ильнаров».

Я познакомился с ним на заре туманной юности, будучи 16-летним юнцом-школьником, и для меня в то время общение с Ильнаровым было захватывающим, безумно интересным. Старый актёр не был пишущим человеком. В отличие от многих своих собратьев по искусству он не оставил мемуаров. И архив его делся неизвестно куда. Но он был хорошим рассказчиком — его колоритные, «вкусные» рассказы о старом театре, который ему довелось застать в полном расцвете и блеске, о дореволюционном времени, которое и тогда уже казалось очень далёким, мне прекрасно запомнились.
Имя Михаила Ильнарова даже специалистам по истории театра скорее всего ничего не говорит. Зачем же «воскрешать» эту забытую фигуру, одного из бесчисленных представителей, как некогда говаривали, «актёрской громады»? Наверно, затем, что театральное искусство создают не только «народные» и «заслуженные», удостоенные орденов и премий, но и менее заметные служители Мельпомены и Талии. Как сказала героиня пьесы А.Н. Островского «Без вины виноватые» провинциальная актриса Кручинина, «без различия степеней и талантов». Они тоже внесли свою лепту в создание «культурного фона» эпохи.
Михаил Васильевич родился 8 ноября 1890 года — в этом году исполняется 125 лет со дня его рождения — в Московской губернии, неподалёку от городка Бронницы в простонародной небогатой семье. Родители очень хотели видеть своего единственного сына грамотным и интеллигентным человеком. В самые свои ранние годы Миша Латрыгин попал в Москву к родственникам и окончил реальное училище Фидлера, находившееся на Чистых прудах, в Лобковском переулке.
В 17 лет Михаил Латрыгин твёрдо решил стать драматическим актёром. Театр был его призванием, и у него были прекрасные данные для исполнения ролей героико-романтического репертуара, амплуа «героя-любовника» — высокий рост, выразительное и подвижное лицо, сохранённая им до старости пластичность движений, громовой голос, чем он напоминал, как говорили, Маяковского, отличная дикция и великолепная, чисто московская речь. Кроме того, он обладал сполна столь необходимой актёру «нервностью и импульсивностью», и это было одной из доминирующих черт не только его творческой, но и человеческой натуры.
Всё это позволило в 1907 году молодому человеку поступить в частную театральную школу А.И. Адашева, актёра Московского художественного театра. В школе преподавали такие виднейшие «художественники», как Вл.И. Немирович-Данченко, В.И. Качалов, И.М. Москвин, В.В. Лужский, Г.С. Бурджалов, а некоторое время и Е.Б. Вахтангов. Словесность вёл великолепный педагог, известный литературовед, профессор Павел Никитич Сакулин, который на всю жизнь привил юному Михаилу вкус к литературе.
В Москве в ту пору существовал театр, называвшийся Введенский народный дом. Находился он в Лефортове, за Яузой. Здание с классическими колоннами хорошо сохранилось до наших дней. Именно здесь вступил на свою сценическую стезю юный актёр. Интересно, что там одновременно с Ильнаровым исполнял роли «на выходах» — «кушать подано» — его сверстник А.Н. Вертинский, которого из-за картавости не приняли в студию Художественного театра. Ильнарову однажды довелось даже стать свидетелем скандального провала Вертинского, когда он начал выступать с эстрады в качестве исполнителя своих «песенок». Публика начала свистеть, топать ногами и даже чем-то в него бросать. Бледный, дрожащий от обиды Александр Николаевич буквально убежал за кулисы и, закрыв лицо руками, заплакал навзрыд как ребёнок. Ильнаров вспоминал, что пошёл тогда к нему с целью успокоить и поддержать. Однако товарищами они были очень короткое время. Впоследствии их пути разошлись навсегда.
Уже в первые годы своей работы в театре Ильнаров сыграл Чацкого в «Горе от ума», пушкинского Самозванца из «Бориса Годунова». К слову, впоследствии он выступал и в роли Бориса Годунова, и именно в ней в последний раз вышел на сцену в Коломне, осенью 1969 года, когда отмечали 60-летний юбилей его сценической деятельности. В перечне сыгранных им ролей — Незнамов в «Без вины виноватые» А.Н. Островского, Счастливцев в его же комедии «Лес», шекспировские Отелло и Горацио в «Гамлете», Карл Моор и Фердинанд в драмах Ф. Шиллера «Разбойники» и «Коварство и любовь», философ Уриэль Акоста в одноимённой драме К. Гуцкова.
Дар глубокого и правдивого перевоплощения, хотя и не без некоторых театральных штампов, которые, увы, присутствовали у него до конца, позволял Ильнарову на разных сценах играть разнообразные и разнохарактерные роли классического репертуара. За всю свою сценическую жизнь актёра провинциальных театров и антреприз Ильнаров сыграл более сотни ролей.
Образ Григория Распутина, как было отмечено в прессе, стал одним из самых удачных среди созданных им. Это было уже в 1928 году на сцене бывшего театра Соловцова в Киеве — спектакль имел успех. Эта пьеса вообще с триумфом шла в разных городах и была одной из самых «кассовых». Ильнаров представил убедительный и художественный образ знаменитого проходимца, а великолепный текст Алексея Толстого произносился им в разных сценах «сочно» и выразительно.
Ильнаров стоял у истоков отечественного кинематографа. В 1911—1913 годах он снялся в двух немых фильмах — «Капитанской дочке» (роль Гринёва) и «Пушкин» (роль Жоржа Дантеса). В этих фильмах участвовали такие известные актёры «Великого Немого», как княжна Е. Оболенская, И. Мозжухин, М. Поливанов, В. Смирнов и другие. Теперь об этих картинах знают разве что специалисты по истории кинематографа.
Молодому артисту приходилось выступать и в концертах, в том числе благотворительных. Однажды он читал со сцены известную стихотворную сказку А.М. Горького «Фея». Когда он произнёс последние строки: «А вы на земле проживёте, / Как черви слепые живут: / Ни сказок о вас не расскажут, / Ни песен про вас не споют!» — сидевший в первом ряду полицмейстер принял их на свой счёт и выразил явное неудовольствие. На следующий день Ильнарову было предписано явиться в Тверскую полицейскую часть для объяснений.
Всегда тепло и увлечённо вспоминал Михаил Васильевич старую Москву, в которой были извозчики, городовые, деревянные дома и заборы, за которыми лаяли собаки… Однажды на спектакле «На дне» в Художественном видел молодого Максима Горького в компании с Леонидом Андреевым и Степаном Скитальцем — все трое были одеты в чёрные блузы. Вспоминал также и о ноябре 1910 года, когда Лев Толстой ушёл из Ясной Поляны и умер на станции Астапово. Тогда 20-летним юношей он с двумя своими товарищами-актёрами решил поехать на похороны в Ясную Поляну. Но на Курском вокзале они не смогли сесть в поезд, которые в те дни шли переполненными и не всегда по расписанию.
Осенью 1914 года Ильнарова призвали на фронт. Некоторое время он находился в действующей армии в Галиции, где организовал фронтовой театр. В дни революционных событий 1917 года оказался в Коломне, где также занимался театральным делом и был представителем Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. В это время он водил приятельство с Борисом Пильняком. Последний изобразил его в одном из своих произведений не совсем положительным персонажем, чем Ильнаров был не на шутку обижен.
В советскую эпоху Михаил Васильевич изъездил почти всю огромную страну, играл и ставил как режиссёр спектакли. В Иваново-Вознесенске свёл знакомство с М.В. Фрунзе. Подобно знаменитым героям комедии Островского «Лес» Счастливцеву и Несчастливцеву — эту пьесу он любил и цитировал из неё целые куски, — его путь часто пролегал «из Вологды в Керчь».
Автор этих строк в юношеские годы как-то на одном из спектаклей в Малом театре увидел Б.А. Бабочкина, в антракте набрался храбрости подойти к нему и спросил: «Борис Андреевич, а знаете ли вы Ильнарова?» — «А-а-а, — протянул Бабочкин, — вы живёте в Коломне? Ну, что ж, передайте ему мой поклон. Это старый театральный волк».
Выйдя в 1955 году на пенсию, «старый театральный волк» решил навсегда обосноваться в Коломне. Однако без театра он жить не мог и стал ставить спектакли с местными любителями, основав драматический коллектив под названием «Содружество». Увы, это была не совсем та среда, к которой привык многоопытный театральный деятель. На репетициях он был деспотичен, быть может, в чём-то невольно подражая Станиславскому, пытался добиться от своих любителей наибольшего приближения к правде сценического образа, требовал чёткого и выразительного произнесения текста со сцены, проводил беседы по истории театра, делился своими воспоминаниями. Хотя во многом это было «стрельбой из пушек по воробьям». Но даже в таких условиях Ильнаров упорно продолжал работать.
Ярким успехом стала поставленная им забытая тогда пьеса драматурга и театрального критика начала ХХ века Ю.Д. Беляева «Псиша» — о крепостных актёрах XVIII века. В 1910-х годах она пользовалась популярностью в постановке петербургского театра «Кривое зеркало» Н.Н. Евреинова. Помню, как этот спектакль смотрела весной 1969 года в Коломне приглашенная М.В. Ильнаровым С.Г. Бирман, которая затем встретилась с самодеятельным коллективом и поделилась собственными воспоминаниями.
В «Псише» Ильнаров прекрасно исполнил роль старого селадона и сластолюбца помещика Калугина. В этом спектакле он елико возможно старался подтягивать любителей к своему уровню, но удавалось это не слишком — разница была огромная. Блистал он и в «Егоре Булычове». Но вот когда 80-летний «отставной трагик» во время празднования своего юбилея произносил монолог Незнамова в финальной сцене «Без вины виноватые», изображая 20-летнего молодого человека — это производило почти комическое впечатление…
Михаил Васильевич Ильнаров скончался в октябре 1976 года, 86 лет от роду. Немногие, наверное, помнят его в нашем провинциальном, не очень-то и театральном городе. Однако существует культурная память поколений, в которой Михаил Васильевич, его просветительская деятельность, несомненно, оставили свой след. А как говорил академик Д.С. Лихачев: «Культура — это то, что в значительной мере оправдывает пред Богом существование народа и нации».

Коломна.
Александр РУДНЕВ

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: