slovolink@yandex.ru

Родильный дом на реке Орто-Сала

Река Орто-Сала — левый приток Большого Беркакита. Название реки дословно с якутского переводится как «средний приток». Точное имя объясняется положением водотока.
Май в Южной Якутии — месяц больших перемен в природе. По календарю последний месяц весны. На самом деле он и первый месяц – он же и последний. Для весны у природы Южной Якутии раздумий совсем нет. Ещё двадцать восьмого апреля были проведены последние зимние соревнования по лыжным гонкам, а первого мая вовсю заговорили бойкие ручьи вешних вод.

Пятого мая прошли первые льдинки по реке Чульман, а седьмого мая Чульман рванул, безжалостно ломая все, что строила на реке зима. Нерюнгринцы, кто с машинами, кто пешком, высыпались на берега Чульмана. Восьмого и девятого мая река по-прежнему радовала проплывающими льдинами, похожими на разные, придуманные самой природой белые корабли. Только корабли эти движутся в одну сторону — с юга на север.
Нетерпеливые рыболовы бродят с удочками в устье речки Беркакит, отчаянно забрасывая в мутную воду то мормышку с опарышем, то маленькую блесну-вертушку. Спрашиваю: «Ловится?». Машут головой — нет. Но сколько терпения и ожидания своего рыболовного счастья! Чудо бывает не больше ладошки, зато сколько радости! Пережил я множество таких минут, и теперь радуюсь не меньше, увидев силуэт рыболова с удочкой на реке. Мне даже кажется, что река становится от такой картинки теплее и душевнее что ли.
Эту весну я променял рыбалку на реке Тимптон на поиски других природных фотонаблюдений, размышляя так: своего тайменя я поймаю и в июне, а вот факт трогательных картинок рождения маленьких оленят в природе я вряд ли посмотрю ещё когда-нибудь.
Небольшое стадо стоит на реке Орто-Сала. Это в четырех часах ходьбы от автомобильной трассы Нерюнгри — Иенгра. Современная жизнь докатилась и до таежников. Оказалось проще простого дозвониться по мобильному телефону оленеводу Олегу Кондакову. По сотовой связи Олег доложил, что анэнаканы (оленята) появляются по закaзанному еще в сентябре расписанию. Беременность оленух длится от 7,5 месяцев до 8. А снег… ну и что? Родятся прямо на снег, чуть обсохнув, карабкаются на проталинки. «Приходи, сам увидишь». От такого предложения я отказаться не смог.
Оленевод встретил нас с приятелем и своими сородичами из села Иенгра у дороги, в местечке, где пересекает федералку речка Половинка. Первое мая. Снегу в тaйге много, выше колена. Запряженные в нарты олени-быки передвигаются медленно и везут только переданные из поселка посылки и двух дошкольных ребятишек. Дети эвенков с раннего детства привыкают к кочевой жизни, тяжелая дорога их нисколько не смущает. Родителей тоже. Как бы медленно не двигались оленьи упряжки, все равно они от нас удалились на почтенное расстояние.
Весеннее солнце и яркий, не замаранный цивилизацией снег, радуют глаз. Проваливаясь глубоко в снег, уступил нам дорогу рябчик-петушок, отошел от дороги, наклонил голову, улетать не хочет, уверен, что не тронем. Две копалухи-глухарки с шумом взлетели с проталинки на дороге. Здесь, на первых проталинках, птицы собирают камешки для своего желудка. Взамен изношенной за долгую зиму внутренней мельницы. Торопит своей песней весны погонщик-поползень. Такой маленький, все тело не больше кулачка трехлетнего ребенка, а свистит так, что за полкилометра слышно. Протяжно и громко кричит черный дятел-желна. Весна — всем радость жизни.
Тропа в 15 км оказалась не такой простой и близкой из-за снега. Осталась позади дорога с шумными автомобилями, еще спящая речка Большой Беркакит. Осталась где-то далеко городская жизнь с её суетой и заботами. На Орто-Сале от близости эвенкийского жилья и позванивания колокольчиков уютно. Слова приветствия и пожелания: «Мир. Труд. Май.». Осматриваем табор. Десяток оленей бродят у куре (изгородь для оленей). Спрашиваю: «Почему так мало, где же остальные олени?» — «Быки вниз по реке ушли, а тугутки в «роддоме», у сопки в сосновом лесу. Когда пойдете, не думайте о плохом и привяжите тряпочку», — сделала напутствие пастушка Олимпиада.
Два дня мы пробовали найти и приблизиться к тугуткам с оленятами, а они, только заслышав человека, срывались, как дикие, и уводили за собой своё потомство. Находившись досыта по сопкам в поисках трогательных фотосюжетов, пришлось сказать друзьям-оленеводам о своих неудачах. Оленеводов наше терпение убедило, пастушка протянула нам мешочек с солью и побрякушками из оленьих копыт (турукарук) со словами: «Подходить станешь — погромче тряси и говори: Мод, мод, — тогда олени не уйдут». Для оленей соль вкуснее шоколада.
Когда-то человек приручил многих своих лесных зверей, дав каждому своё: волку – вареного мяса, и получилась собака, дикому коту хозяйка дома налила чашку молока, и дом стал уютнее и без мышей. Лошади вовремя дали на пробу овса, и преданнее помощника на сельском подворье не найти. Оленю человек вовремя дал попробовать соли. И в летнюю пору эвенк разведет дымокур — животным от гнуса и комаров становится легче.
Житейская мудрость таёжников всегда заставляется задуматься о важности каждой культуры человеческой. Поэтому и интересна жизнь. С солью фотографические дела пошли на поправку: замшевый мешок на время сделал нас из русских – эвенками.
В таёжном роддоме нас стали терпеть. Мы видели, как трогательно тугутки вылизывают своих чад, пестуя только своего олененка. Весь мир оленя — дикая тайга и постоянная опасность. Оленухи с маленькими оленятами находятся в постоянном движении. Олень кормится и ходит, но не отдыхает его бдительность: постоянно уши слышат посторонние звуки, глаза просматривают лес, чтобы вовремя заметить опасность и убежать, скрыться. Такова жизнь всех лесных обитателей. Даже человеку в тайге осторожность не будет лишней.
Вчера пастушки ходили на сопку смотреть, как дела у своих оленей — нашли погибшего олененка. Рассказ был коротким, но он запомнился на всю жизнь. «Вижу, — говорила пастушка, — как оленуха-мать облизывает уже погибшего оленёнка, толкая его своей мордой. Но он не подавал признаков жизни. Громко хоркала, как будто говорила: «Вставай, пора идти». К олененку тугутка не подпускала ни оленей, ни людей — пришлось применить посох. По эвенкийскому обычаю, погибшему аненакану нужно связать ножки и подвесить высоко на дерево, чтобы душа олененка обрела плоть на будущий год и вернулась на землю здоровым оленем». Пастушка закончила этот рассказ со слезой на щеке.
Голос олененка грубый, неласковый — громкое хорканье. Так же отвечает, громко хоркая, ему мать-оленуха. Весь день провели мы в таёжном «роддоме». Не раз откровенным теплом наполнялось моё сердце. Подходил и тыкался в мой мокрый сапог олененок. Соль и нерезкие движение сделали свое доброе дело. Олени приняли нас в свое стадо.
Размышляя о течении жизни, вспоминаю прочитанное в детстве: «Белый олененок родился – счастье пришло в наш чум», «Пока жив олень — жив эвенк». Эти эвенкийские пословицы пропитаны суровой жизнью сурового края, но такого неповторимого и родного.
Между тем солнце закрыли плотные тучи, к вечеру повалил крупными хлопьями снег. Испытания у новорожденных оленят начались. Где-то у горы монотонно кричал ворон, в распадке шумно разговаривал ручей, ещё громче зашумела речка Орто-Сала. Тоненько побрякивают колокольчики на шеях оленей — вечные звуки в жизни кочевого народа. Завтра в город — к привычному ритму. Но эти дни раскрасили нашу жизнь новыми красками. Пусть на древней земле эвенков не оборвется нить простой, непоказушной жизни.

Юрий КОКОВИН

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: