slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Перед будущим ядерным шантажом

С избранием Дмитрия Медведева президентом и обнародованием программы развития страны до 2020 года перед нами с особой остротой встал вопрос о том, какое будущее нас ожидает. Глазами верхов оно выглядит очень привлекательно: Россия должна войти в пятёрку самых мощных стран, производительность труда должна возрасти в 4 раза, заработная плата — в 5 раз, а в результате средний класс, сказано в программе, составит 70% населения страны.

В красноярской речи Медведев предложил перейти к инновационному типу развития с четырьмя «И» (инвестиции, инновации, институты, информация). При этом международные условия нашего развития ни там, ни в другом месте не были затронуты. Как видно, они предполагаются как непременно благоприятные. Так ли это будет?

 

Есть ли у Медведева волшебный жезл?

Всё намеченное было бы великолепным ответом на вызовы времени, если бы Медведев обладал волшебным жезлом, по взмаху которого исполнялось бы всё задуманное. Но поскольку это не так, то остаются очень серьёзные сомнения в выполнимости обещанного. Никто ещё не забыл, в каких радужных красках описывалась наша жизнь в рыночном раю на заре реформ. Потом оказалось, что рай получился для очень немногих, основная же часть людей угодила скорее в ад. Бесследно это не прошло, доверие к власти подорвано. Если о рядовом избирателе можно сказать, что он сдержанно принял обещания, то многие специалисты считают их недостижимыми.

Аргументацию на этот счёт можно найти, в частности, в материалах, опубликованных в предыдущих номерах «Слова». Однако внимания к ним со стороны властей ожидать не приходится. Об этом, в частности, свидетельствует опора избранного президента на финансируемый П. Авеном Институт современного развития под руководством И. Юргенса. Люди подобного рода ни о чём другом, кроме собственного обогащения, думать не умеют, в то время как для анализа долгосрочных перспектив необходим более широкий взгляд, ставящий на первый план коренные интересы страны и всего народа, а не только его богатеющей части.

 

Какого рода свобода допускается?

Верно, что при этом раздаются призывы к свободному обсуждению проблем. Но особого доверия они не вызывают. К этому обычно призывали и советские руководители, но допускалось это только в рамках принятой концепции. Так, проекты пятилеток и ряд других крупных изменений в советской системе подвергались всенародному обсуждению. Но рамки дискуссии были строго очерчены, за их пределы выходить было не положено. Нельзя было, например, говорить, что директивное планирование надо заменить индикативным или что наряду с общественной собственностью следует допустить частную и т.д.

Всякую нелицеприятную критику советское руководство воспринимало как недоброжелательство и окружало себя угодливыми льстецами. Сегодня наблюдается то же самое. Не положено связывать признанные пороки реформ (не говоря о множестве непризнанных) с принятой нами концепцией саморегулирующегося рынка и вытекающей отсюда моделью экономики. В результате истинные причины наших пороков остаются в тени, не известно даже, откуда они взялись. Нельзя, например, говорить, что снижение рождаемости и повышение смертности являются результатом грабительской приватизации, обогащения одних и обнищания других. Табу существует и на ряд других проблем. Но если не ставить вопрос о причинах, то ситуацию нельзя улучшить, и будущее окажется таким же, как и прошлое.

Опираясь на американские источники, мне уже приходилось писать («Слово», № 9 от 7—13 марта 2008), что наши рыночные реформы проектировались и проводились не столько нами самими в собственных интересах, сколько американскими верхами в их интересах, предполагающих подрыв нашей военно-экономической мощи. Под флагом реформ крысам было предложено растащить содержимое амбара по своим норам и зажить своей жизнью, далекой от интересов страны и народа.

Так, состояние только одного Дерипаски достигло 38 млрд. долл., а весь военный бюджет гигантской страны съёжился до 34 млрд., хотя нужды нашей обороноспособности требуют, наверное, в три-четыре раза больших расходов. Но сделано так, чтобы мы больше не могли тягаться с Соединенными Штатами, военный бюджет которых составляет 543,3 млрд. долл. Растаскивание собственности вызвало глубокий спад экономики, её структурную и технологическую деградацию. В результате экономика уже не способна к развитию и модернизации.

То, что в годы президентства Путина спад сменился ростом, не должно нас обманывать. Нас выручает дождь валютных доходов от роста цен на газ и нефть на мировом рынке. Но если бы не это, то стало бы ясно, что экономика утратила мотор своего развития, и теперь без нефтяной иглы функционировать не может. Это значит, что от подлинного роста мы ещё далеки. Он невозможен, считают многие, без развития обрабатывающих отраслей промышленности на основе передовых наукоёмких технологий.

Верно, но возникает вопрос: возможно ли это в рамках существующей модели рынка? Эта проблема даже не обсуждается, хотя именно она является ключевой для решения поставленных задач. Если до сих пор не было инвестиций и инноваций, если материально-техническая база экономики пришла в упадок, то как и откуда они возникнут теперь? Ведь экономика по-прежнему находится в руках тех, кто не питает никакого интереса ни к каким «и». Им хорошо и без того. Журнал «Форбс» ежегодно сообщает, как без особых инноваций, при помощи простого повышения цен воротилы российского бизнеса приумножают свои миллиарды.

Если мы и дальше будем танцевать под музыку принятой нами реформы, то результат будет тот же самый. О другой же «теоретической музыке» та экономическая наука, которая приучена угождать властям, даже не заикается.

 

Перед лицом надвигающихся угроз

Если мы не перейдём от концепции саморегулирующегося рынка к концепции и модели регулируемой экономики, то мы не только не придём к тому, что намечено на 2020 год, но вдобавок ещё и потеряем драгоценное время, в течение которого надвигающиеся угрозы превратятся в смертельную опасность. Здесь мы имеем в виду не столько внутреннюю угрозу, которая тоже со временем вполне может принять большую остроту, сколько внешнюю, связанную с экономическим и военно-политическим ослаблением России.

Наверное, мало когда в своей тысячелетней истории Россия была такой беспомощной, как сейчас. Было ли время, когда у неё практически не было союзников в мире? Симптоматично, что никто не поддержал российскую позицию по Косово, хотя речь шла о соблюдении элементарного принципа международного права. Никогда ранее не было, чтобы кому-либо из противников России удалось объединить всю Европу против нас в единый военный блок. Даже направленный против СССР антикоминтерновский пакт состоял только из трёх стран: Германии, Италии и Японии. Теперь же возглавляемый Соединёнными Штатами блок НАТО включает почти все страны Западной и Восточной Европы. А на примере того, что НАТО делала в бывшей Югославии, а теперь делает в Ираке и Афганистане, мы видим, в чём состоит стратегия США: силой навязать миру свою волю и порядки. Сегодня именно это представляют угрозу миру и международной стабильности.

В свете этого иначе, чем в 90-е годы, приходится оценивать наш советский период. Разумеется, пороки советской системы, её недемократичность и репрессивный характер никак не могут быть обелены. Но нельзя забывать и другое. Свободу, независимость и обороноспособность страны советское государство обеспечивало всеми возможными средствами. Все догорбачёвские советские руководители твёрдо знали старую, как мир, истину: у сильного всегда бессильный виноват. Поэтому укрепление военно-экономического могущества страны они рассматривали как основную гарантию нашей безопасности.

С приходом М. Горбачёва к власти и в особенности после воцарения Б.Ельцина произошёл полный отказ от этого подхода. Вначале сеялись иллюзорные надежды на безъядерный мир и «общеевропейский дом», затем Ельцин угодливо заявил об отсутствии у России каких-либо внешних врагов. В итоге мы катастрофически сократили армию, спецслужбы, оборонный потенциал.

Но ведь известно, что агрессор считается только с силой, а потому односторонние уступки он принимает не как добрую волю, а как слабость и наглеет ещё больше. Уступками мы отнюдь не расположили США к себе. Строуб Тэлбот, первый заместитель госсекретаря США по отношениям с Россией при президенте Клинтоне, в своих мемуарах рассказывает о том, как ловко друг Билл облапошивал друга Бориса.

Для чего НАТО расширяется
на Восток?

Теперь под смехотворным предлогом защиты европейских стран от иранской угрозы (в равной мере они могли бы сослаться на угрозу со стороны инопланетян) американцы размещают элементы ПРО в Чехии и Польше. Ожидается, что то же самое будет предпринято далее в Норвегии, Англии, Турции и Японии. На последнем саммите в Бухаресте приём Грузии и Украины в НАТО лишь отсрочен. Эта агрессивная организация Запада окружает нас со всех сторон, располагая свои военные базы по всему периметру российских границ. Для чего она это делает?

После развала СССР перед США открылась перспектива установления своего мирового господства, и они решили: теперь мир принадлежит им. Но оказалось, что не всё так просто. Рост могущества Индии и Китая ставит под угрозу эту перспективу. Дело в том, что сейчас Запад чрезвычайно встревожен стремительным экономическим ростом Китая и Индии, перемещением инноваций в эти страны, их выходом на передовые рубежи научно-технического прогресса. Ожидается, что к 2020 году Китай приблизится, а может быть, и достигнет уровня США по объёму ВВП, что коренным образом изменит расклад сил на мировой арене.

Исход нового противоборства между Западом и Востоком зависит от доступа к мировым нефтяным ресурсам. Отсюда война в Ираке. Война в Афганистане используется в том числе и для того, чтобы подобраться к каспийской нефти. Но окончательный исход этого противоборства будет зависеть от ответа на один важнейший вопрос: кому будут служить богатые российские ресурсы? В ельцинский период, когда казалось, что Россия у США в кармане, следовало читать: им. Однако в путинский период Запад сильно занервничал и теперь обдумывает разные проекты подчинения России своим интересам. Для нас должно быть ясно: расширение НАТО на Восток не имеет никакой другой цели, кроме покорения России.

До сих пор считалось, что в ядерной войне победителя быть не может, ибо агрессора немедленно настигнет ответный удар. Однако после краха СССР и нарушения сложившегося тогда равновесия у агрессора возник соблазн односторонней победы, и это чрезвычайно повысило риск ядерной войны. Пока западное давление на Россию сдерживается нашим ядерным щитом. Но американское руководство считает, что через короткое время мы ослабнем настолько, что на возмездие окажемся неспособными. Тогда надо ожидать, что нас начнут шантажировать и предъявят требование (ультиматум) подчинения наших ресурсов интересам стран НАТО. Я говорю о сути, но не могу знать, в связи с чем и в какой форме это будет сделано. На этот случай наверняка заготовлены разные варианты.

Весьма вероятным представляется, например, требование возврата внешних долгов, наделанных российскими компаниями и банками. Одной рукой они переводят многомиллиардные средства за рубеж, а другой набирают иностранные кредиты, размеры которых превысили 400 млрд. долл. В случае, например, падения мировых цен на энергоносители вернуть эти долги станет сложно, и тогда Запад может потребовать компенсации в виде контроля над нашими природными ресурсами.

Подобный, а возможно, какой-то иной шантаж вполне вероятен. Военные специалисты разъясняют, что смысл приближения НАТО к нашим границам состоит в лишении нас возможности нанесения эффективного ответного удара в случае военного конфликта с Западом. Пока американская противоракетная оборона (ПРО) расположена далеко от наших границ, её способность перехватить наши ядерные ракеты невысока. Она существенно повышается с созданием элементов ПРО в Польше и Чехии, позволяющих осуществлять перехват на стадии взлёта российских ракет. Судьба Югославии показывает, что Запад собирается сделать с нами. Действуя через спецслужбы Саудовской Аравии, Турции и Пакистана в Чечне, США отработали механизм использования сепаратистских сил внутри России в целях её расчленения. Прагматичный Запад вполне может предложить также Китаю контроль над нашим Дальним Востоком и заинтересовать его в разделе России.

По всей видимости, благоприятная для Запада и неблагоприятная для нас ситуация шантажа ещё не наступила, а потому США пока собирают силы. Антироссийская кампания средств массовой информации и враждебная деятельность спецслужб не прекращаются. Антикоммунизм давно принял характер русофобии. Пример Бзежинского является одним из многих тому подтверждений.

Неопределённость Запада в отношении нас даёт нам некоторое время. Однако, оставаясь в рамках существующей модели экономики, мы его теряем. Если так будет продолжаться дальше, мы не сможем воспрепятствовать расчленению своей страны. Но если мы по примеру Индии и Китая сумеем перейти к другой модели экономики, осуществим необходимые для этого перемены, то встанем на путь успешного развития, и у нас возникнет шанс более эффективно отстаивать свою свободу и независимость.

 

Профессор Салтан ДЗАРОСОВ.

 

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: