slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

«Сражаться, как храбрый Цицианов!»

Русско-грузинская княжеская семья Цициановых ведёт своё происхождение от Цици Панаскертели, главнокомандующего грузинскими войсками, племянника супруги царя Вахтанга IV (1459—1462). Потомки его назывались Цицишвили («сыновья Цици»), многие из которых занимали высокие саны в  Грузинском царстве и прославились воинскими подвигами. Князь Паата Цицишвили в свите Карталинского и Кахетинского царя Вахтанга въехал в Россию (1725 г.), здесь остался, принял русское подданство и  стал называться на русский лад Цициановым. Внук Пааты — князь Дмитрий Павлович Цицианов — был отцом Павла Дмитриевича Цицианова, героя книги* Владимира Викентьевича Лапина, вышедшей в уходящем году в серии «ЖЗЛ».

«Цицианов» Лапина, без всяких преувеличений, – глубокая и интересная книга, исключительно важная с той точки зрения, что героем её является подлинно русский человек и одновременно подлинный грузин. Да-да, были и такие, господин Саакашвили! Показательно и то, что идея создания биографии Павла Дмитриевича Цицианова, как следует из авторского вступления, принадлежит одному из самых известных грузин Санкт-Петербурга – Александру Иосифовичу Эбралидзе, генеральному директору ОАО «Талион», учредителю Всероссийской историко-литературной премии «Александр Невский», оказавшему и финансовую помощь в подготовке и издании этой книги.
Генерал Цицианов – автор крылатых слов из воззвания к джаро-белоканским лезгинам: «Вы – храбрые воины и должны любить храбрых. А кто же храбрее русских?».
Будущий генерал от инфантерии Павел Дмитриевич Цицианов родился 8 сентября 1754 г. и по обычаю своего времени ещё в детстве, семи лет от роду, был записан в военную службу — капралом в лейб-гвардии Преображенский полк.
Обладая выдающейся, непреклонной волей, которая составляла отличительную черту его характера, он много, упорно и самостоятельно работал над своим образованием. В 1785 г. Цицианов получил чин полковника, а в 1786 г. ему было поручено командование Санкт-Петербургским гренадерским полком. В следующем году Цицианов выступил с ним на Русско-турецкую войну. 31 июля 1788 года он участвовал в отражении сильной вылазки осаждённого в Хотине турецкого гарнизона и за свою распорядительность и энергию заслужил одобрение самого фельдмаршала Румянцева.
В апреле 1794 г. в Гродно, где тогда служил бригадный генерал Цицианов, пришло известие о вспыхнувшем в Варшаве и Вильне мятеже. Цицианов, понимая серьёзность положения, принял быстрые и решительные меры.
Энергичные действия Цицианова не остались незамеченными. Екатерина II наградила его золотой шпагой с алмазами и с надписью «За храбрость», а главнокомандующий Александр Васильевич Суворов выразил свое одобрение.
В 1795 г., когда начались военные действия с Персией, Екатерина II выбрала Цицианова в помощники главнокомандующему графу Зубову.
В день коронации Александра I, 15 сентября 1801 года, Цицианов был произведён в генерал-лейтенанты.
В. Лапин пишет, что после присоединения Грузии к России умиротворение Кавказа стало необходимой, хотя и крайне нелёгкой задачей для России. Сознавая, что для успешных действий в Грузии и Закавказье нужен не только человек умный и мужественный, но и знакомый с нравами и обычаями горцев, император Александр I отозвал назначенного Павлом I главнокомандующего Кнорринга и 11 сентября 1802 г. назначил Астраханским военным губернатором и наместником в Грузии  Цицианова.
Всматриваясь с помощью исследования Лапина в общий характер деятельности Цицианова в Закавказье, нетрудно отличить три главные цели, которые он неуклонно преследовал во всё время своего управления краем. Первая: расширить владения России. Вторая: как можно более населить край. Третья: поднять в крае просвещение, промышленность и торговлю.
Кнорринг передал Цицианову Грузию в бедственном положении; соседи своими набегами разоряли её, народ был недоволен русским правлением, интриги грузинского царского дома ещё более ухудшали состояние края. Цицианов в три года успокоил Грузию, покорил джарбелоканских лезгин и Гянджинское ханство; переговорами, без кровопролития присоединил к России Мингрелию, Имеретию, Карабахское, Шекинское ханства, Шурагельское султанство и многое другое. В три года он расширил русские границы от Черного моря до Каспийского и от Кавказского хребта до Куры и Аракса.
Отлично понимая дух кавказских народов, Цицианов переменил обращение с мусульманскими ханами, владения которых окружали Грузию. До тех пор русское правительство как бы старалось снискать к себе их расположение подарками и жалованием. Цицианов упразднил и то и другое и сам потребовал от ханов дани. «Страх и корысть — суть две пружины, которыми руководятся здесь все дела и приключения, — писал он императору Александру I. — У здешних народов единственная политика – сила, а лучшая добродетель владельца — храбрость и деньги, которые нужны ему для найма лезгин. Поэтому я принимаю правила, противные прежде бывшей системе, и вместо того чтобы жалованием и подарками, определёнными для умягчения горских нравов, платить им некоторого рода дань, я сам потребовал от них оной».
В 1805 году Цицианов осадил Баку. Русские двигались через Ширванское ханство. Цицианову удалось склонить Ширванского хана присоединиться к России. Он принял присягу на подданство 25 декабря 1805 года. Из Ширвани князь известил Бакинского хана о своем приближении, требуя сдачи крепости. 30 января 1806 г. Цицианов со своим отрядом подошёл к Баку. После довольно долгих переговоров Гуссейн-Кули-хан заявил, что готов покориться. Он попросил Цицианова назначить день для принятия ключей. Князь назвал 8 февраля 1806 г. Рано утром он отправился к крепости, имея с собой 200 солдат, которые должны были остаться в Баку в качестве гарнизона. За полверсты от городских ворот ожидали князя бакинские старшины с ключами, хлебом и солью и, поднося их Цицианову, объявили, что хан не верит в полное своё прощение и просит князя о личном свидании. Цицианов опрометчиво согласился, отдал старшинам ключи, желая получить их из рук самого хана, и поехал вперёд, приказав следовать за собой подполковнику князю Эристову и одному казаку. Шагов за сто до крепости вышел навстречу Цицианову Гуссейн-Кули-хан, сопровождаемый четырьмя бакинцами, и в то время как хан, кланяясь, подносил ключи, его конвой открыл огонь. Цицианов и Эристов упали; ханская свита бросилась к ним и стала рубить их тела. С городских стен открылся артиллерийский огонь по нашему отряду.
Изрубленное тело предательски убитого Павла Дмитриевича Цицианова сначала было зарыто в яму у тех самых ворот, где он был убит. Генерал Булгаков, взявший Баку в том же 1806 г., предал его славные останки погребению в бакинской Армянской церкви, а наместник Грузии в 1811—1812 гг. Филипп Осипович Паулуччи перевёз его в Тифлис и 27 ноября 1811 г. похоронил в Сионском соборе. Над могилой Цицианова воздвигнут памятник с надписью на русском и грузинском языках. Но лучшей эпитафией Цицианову являются слова Пушкина в эпилоге к «Кавказскому пленнику»:
Когда на Тереке седом
Впервые грянул битвы гром
И грохот русских барабанов,
И в сече, с дерзостным челом
Явился пылкий Цицианов…
Книга Владимира Лапина, несомненно, является последовательным развитием этого пушкинского образа методами исторического исследования.
*Цицианов / Владимир Лапин. – М.: Молодая гвардия, 2011.–542 с. (Жизнь замечательных людей).

Андрей ВОРОНЦОВ. 

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: