slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Ко II форуму этнических сообществ Северного Кавказа

31 мая в обстановке абсолютной секретности в банкетном зале «Розовый фламинго» состоялся Чрезвычайный съезд народов Дагестана. На него прибыли представители всех этнических общин республики, избранные сходами селений, городов и районов, делегаты 15 партий и общественных организаций. Они крайне критично оценили экономическое положение и общественно­политическую ситуацию в республике.
Предыдущая попытка собраться в кинотеатре «Россия» в Махачкале была сорвана сводными отрядом полиции и частных охранников под командованием заместителя начальника ГУВД Махачкалы Шамиля Омарова.
Мы предлагаем вниманию читателей изложение доклада, сделанного на съезде инженером­строителем Ажубом Османовым. В нем объясняется, почему, несмотря на все усилия Москвы, Дагестан продолжает оставаться самой «горячей» точкой Северного Кавказа.

Перечисленные в докладе «грехи» нынешнего руководства республики можно при желании найти и в действиях руководителей других кавказских регионов.
Мало что изменилось с лета 2010 года, когда состоялся I Форум этнических сообществ Северокавказского федерального округа, собравший кумыков, ногайцев, балкарцев, армян и представителей 22 районных казачьих организаций. Рассмотрев текущую ситуацию в округе и предложив проект нового территориального деления СКФО, тот Форум обратился к полпреду СКФО и Президенту России с инициативой: упразднить этнические названия субъектов Федерации и изменить статус этих субъектов.
Недовольство этнических сообществ тем, что в их положении практически ничего не меняется в лучшую сторону, всё чаще принимает форму открытого противостояния власти.
Обсудив ситуацию в наиболее конфликтных местах региона, руководители этнических сообществ Северного Кавказа решили провести текущим летом II Форум этнических сообществ.
Данной публикацией мы открываем подготовку к нему.
Власть недвижима, как Кавказ
В январе прошлого года у нас в очередной раз поменяли президента.
Назначив дагестанца, долгие годы работавшего вдали от республики, Кремль, похоже, всерьёз надеялся прекратить бесконечный передел сфер влияния между кланами, сопровождающийся расхищением бюджетных средств и откровенным бандитизмом. Ведь ни о каком экономическом росте не может быть и речи без реальной борьбы с коррупцией, клановостью и кумовством.
Пролетели полтора года. Но ничего из обещанного так и не было сделано! И это при мощнейшей поддержке г­на Абдулатипова Кремлем.
Большинство экспертов сходится во мнении, что новый президент не сделал даже того, что было возможно.
А политика, согласно известному афоризму, есть «искусство возможного».
П
ервое и самое болезненное: невозможность гарантированной безопасности личности и личной собственности делает республику непривлекательной для инвесторов. Предприниматели обходят её стороной. А рядовые граждане покорно переживают стресс за стрессом, тоскуя по временам, когда туризм приносил неплохие доходы.
В прошлом году власти республики значительно агрессивней, чем прежде, реагировали на террористические и экстремистские вылазки. Однако рост массовых задержаний мусульман для проверок документов, закрытие мусульманских кафе, детских садов, учебных заведений, ограничение доступа в мечети, появление негласных списков салафитов… — всё это привело к обратному эффекту. Взрывов и терактов стало больше. За 2013 год погибло на 18 граждан больше, чем в 2012 году. И на 46 человек больше были ранены.
Республика остается самой «горячей» точкой Северного Кавказа. С 1 января по 31 марта текущего года жертвами вооруженного противостояния стали 106 человек. 65 погибли и 41 получил ранения.
Разгул терроризма в первую очередь говорит о неумении власти (а, может быть, и нежелании!) вести диалог и согласовывать интересы различных групп, об отсутствии постоянного диалога власти и населения. Большая часть тех, кто сегодня пополняет ряды бандформирований, — молодежь, мало интересующая власть. Невозможность найти работу и самореализоваться, отсутствие социальных лифтов, вопиющее социальное неравенство создают благоприятную среду для вербовки молодежи боевиками.
Парней из Дагестана не призывают в армию. А не отслуживших в армии — не принимают на государственную службу. Им не выдают загранпаспортов. Хотя «бойцы Аллаха», рвущиеся повоевать в Сирии, почему­то беспрепятственно пересекают государственную границу.
С приходом к власти президента Абдулатипова практически остановилась работа комиссии по адаптации боевиков. Её должна была заменить комиссия, которая бы занималась профилактикой экстремизма. Однако об этой комиссии и характере её деятельности никакой информации нет. Замглавы московского бюро Human Right Watch Татьяна Локшина признаётся: «Комиссия действует в обстановке такой чрезвычайной секретности, что у нас нет ни малейшей надежды, что она делает хоть что­нибудь!»
Люди, как и прежде, а где­то и с большим недоверием относятся к властям и любым начинаниям и инициативам, проявляемым сверху. Немалую роль в возрастании степени отчужденности сыграли неоднозначные, на наш взгляд, решения Р.Г. Абдулатипова. Указ президента об открытом акционерном обществе «Корпорация развития Дагестана» (республиканский вклад в уставный её капитал составляет 5 млрд рублей), приватизация Кизлярского коньячного завода и т.д.
Расхождение слов и дел у представителей власти приводят к росту дезинтеграции общества. В течение года недовольство общества регулярно проявляется в растущем числе многолюдных митингов, где почти непрерывно звучат требования снять Абдулатипова с должности. Сказали свое слово и эксперты, принявшие резолюцию «О необходимости неотложных мер по освобождению президента Дагестана от занимаемой должности». Копия документа была направлена в адрес Президента РФ В.В. Путина.
За время нынешнего президентства уже два правительства республики были отправлены в отставку. Видимость анализа их работы никак не прояснили ни принципы работы г­на Абдулатипова, ни его кадровую политику. Точнее будет сказать, что политика как таковая просто отсутствует.
Мы с недоумением наблюдаем одну за другой перетасовки чиновников, не дающие никакого улучшения. С одной стороны, президент постоянно повторяет, что «неоткуда взять людей». С другой стороны, на место «несправившихся» чиновников назначаются хорошо известные в республике личности с сомнительными репутациями. Или же просто родственники президента.
Сын Абдулатипова Джамал стал заместителем главы Каспийска. Ещё один сын Абдулатип — советник руководителя аппарата администрации папы. Зять Владимир — зам. председателя правительства Дагестана. Другой зять, Мусаев, возглавил Стратегический совет президента Дагестана. Родной брат Раджаб — начальник управления Федеральной миграционной службы по Дагестану. Племянник Асхабали, сын брата — начальник автохозяйства правительства РД. Племянник Махмуд, сын сестры — замдиректора «Президент­комплекса».
И после этого мы ещё ворчим на социологов Фонда «Петербургская политика», предупреждающих о снижении в республике социально­политической устойчивости!
Сколько ни мечталось об экономическом подъеме, республика как была в числе слаборазвитых регионов, так среди них и осталась. Распиаренные инвестиционные и «приоритетные» проекты ни на шаг не приблизили к желанной цели. Разве что исчезли деньги, которые было бы умней и человечней потратить на что­то жизненно важное.
Ну, добился Абдулатипов ежегодного предоставления республике в течение пяти лет госгарантий под инвестиционные проекты в размере 20 миллиардов рублей. Так за прошлый год эти деньги не освоены. В республике просто нет инвестиционных проектов, достойных или подпадающих под госгарантии. Всё «движение» в рамках «приоритетного проекта» ООО «Дагагрокомплекс», признанного дать образец эффективного агрохозяйства, свелось к запуску в конце октября заводика по производству томатной пасты в Кизляре.
Но весь томат в республике замерз. Перерабатывать оказалось нечего. Производственные мощности стоят без дела.
Не надо быть суперэкспертом, чтобы, читая меморандум о сотрудничестве министерства инвестиций и агрохолдинга «Старый сад» по реализации инвестиционных проектов в сфере агропрома, погрузиться в глубокое недоумение. Внешний инвестор высказал намерение инвестировать в республику 250 миллионов евро. Агрохолдинг «Старый сад», созданный 24.04.2013 года и зарегистрированный в Дербенте, имеет уставный капитал в размере 100 тысяч рублей. Ну, неужели никого не насторожил тот факт, что миллионы евро обещала инвестировать фирма с уставным капиталом всего лишь 100 тысяч рублей?! К тому же без опыта какой­либо работы в названном направлении!
Самым значимым событием для экономики республики должны были стать «Культурно­инвестиционный форум» и форум «Стратегическая сессия»: «Роль общественных организаций и экспертного сообщества в реализации приоритетных проектов развития Республики Дагестан».
На их проведение было потрачено без малого 19 миллионов рублей из республиканского бюджета. Они были призваны представить Дагестан окружающему миру как выгодную инвестиционную площадку, подчеркнуть важность и значимость приоритетных проектов, преданных широкой огласке и экспертному обсуждению.
Увы, красивая яркая форма не получила достойного содержания. В поисках хоть какого­нибудь позитива откроем сайт госзакупок. Сплошь «стратегии», но ни одной победы! Инвестиционный паспорт республики Дагестан обошелся бюджету почти 4 миллиона рублей. На выполнение научно­исследовательской работы по разработке инвестиционной стратегии Республики Дагестан до 2025 года потрачено из бюджета 3,5 миллиона рублей. На подготовку и разработку «территориального бренда» из бюджета выделено 6 миллионов рублей. Создание креативной концепции текстового и визуального контента для программного продукта «Интерактивный инвестиционный паспорт Республики Дагестан» обошлось республике в 2,5 миллиона рублей.
Все эти «затеи», изъяв из бюджета более 30 миллионов рублей, оказались бессмысленны так же, как пиар «работы» власти. Пиарить­то просто нечего!
С «построением институтов гражданского общества» та же беда, что и с экономикой.
Оппозиционные СМИ пользуются особым спросом у населения. Но газетам очень трудно соперничать с телевидением, не пропускающим информации, омрачающей настроение представителей власти.
В республике невозможно (да и небезопасно!) конструктивно отстаивать точку зрения, отличную от официальной. Люди и общественные организации, позволяющие себе иметь собственное мнение, сталкиваются с резкой агрессией со стороны власти.
Вот мнение руководителя российского представительства Международной кризисной группы (МКГ) Екатерины Сокирянской: «При прежнем руководстве республики неправительственным организациям было легче взаимодействовать с членами правительства. Вице­премьеру Ризвану Курбанову при необходимости можно было позвонить на мобильный. Он достаточно активно вмешивался в ситуацию, особенно когда похищали людей. Вводил ситуацию в правовое русло. Сейчас правозащитникам звонить некому. Минувшим летом мы с коллегами пытались встретиться с Абдулатиповым, но он не нашел для нас времени. Хотя часто и помногу говорит о необходимости взаимодействия власти и гражданского общества».
Несмотря на все заверения президента, что узы родства не должны играть определяющую роль при назначении и снятии с должности, никто даже не пытается скрыть приближения к власти лиц, находящихся в родственных и дружественных отношениях с Самим. А ведь начиналось всё с жёстких и правильных диагнозов, громких арестов и отставок! Ощущение, якобы «что­то началось», так и осталось лишь ощущением, а не фактом! Два клана — оба даргинские! — были отстранены от власти. А все остальные остались на местах.
«По сути, не изменились правила игры», — отметила Екатерина Сокирянская.
На итоговой коллегии прокуратуры 25 февраля 2014 года было сообщено, что всего правоохранительными органами республики в отчётном периоде выявлено 427 преступлений коррупционной направленности (2012 г. – 411), из них 377 – должностных (2012 г. – 255, рост 67,63%). С коррупцией якобы борются, а она упорно растет!
Правление Абдулатипова привело к всплеску недовольства различных этнических групп. К примеру, в феврале 2013 года на «Конгрессе кумыкских общин России» пылко высказывалось недовольство кадровыми расстановками, говорили о «полном непонимании господином Абдулатиповым как исторического прошлого Дагестана, так и его нынешних реалий». И даже отмечали у него «кумыкофобию»!
«Кумыки ничего не получают! Кумыкские хозяйства не могут встать на ноги! В министерствах здравоохранения, образования, соцразвития нет ни одного кумыка». Из­за нерешаемого вопроса территориального деления кумыки за последние двадцать лет несколько раз оказывались на грани крупномасштабных этнических конфликтов с аварцами и чеченцами в Хасавюрте, с даргинцами в Костеке и с лакцами в Кумторкалинском районе.
Наиболее острым остается вопрос о получении на законодательном уровне статуса народа тринадцати андодидойских народов, кайтагцев, кубачинцев и арчинцев. Представители этих малочисленных народов не представлены в органах власти. Не только язык и культура этих народов, но и сами эти народы находятся на граны исчезновения. Для защиты своего языка и культуры представители этих народов уже выезжают в страны СНГ и там проводят международные форумы в защиту своих прав.
Дантону приписывают высказывание: «Нельзя унести родину на подошвах своих ботинок!»
Но иногда другого выхода просто нет!

Ажуб ОСМАНОВ.

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: