slovolink@yandex.ru
  • Подписные индексы П4244, П4362
    (индексы каталога Почты России)
  • Карта сайта

Гомеровское родство поэтов

…Я познакомился с Симоновым в 1951 году. В то время он жил со своей второй женой, знаменитой актрисой Валентиной Серовой, в роскошной квартире на улице Горького напротив памятника Пушкину. Но большую часть времени они проводили на своей не менее роскошной даче в Переделкино. Нередко, отправляясь на своей машине в Москву, они прихватывали с собой и меня. Серова была по-настоящему красивой женщиной, и прежде всего естественной, без всякой позы, свойственной звездам кино, часто она была настолько простодушна, что попадала в нелепые ситуации, особенно когда выпивала. Она очень рано ушла из жизни из-за своего неизлечимого алкоголизма, как утверждала молва. 

Но какой бы она ни была, в первые дни войны она вдохновила Симонова на замечательное стихотворение «Жди меня», которое обрело всенародную славу и фанатичную любовь советских солдат, для которых оно стало таким же символом, каким была «Лили Марлен» для немецкой армии…
Говорят, именно с этого стихо-
творения началось особое благоволение Сталина к Константину Симонову. Он даже считал его самым благонадежным после Фадеева советским писателем. Следствием этого явилось восхождение довольно молодого тогда поэта на самую вершину литературной жизни со всеми сопутствующими этому продвижению государственными и партийными регалиями. Многие писатели как в Москве, так и в других советских республиках испытывали на себе так называемый синдром Гете. Совмещая в себе функции служения власти и служения Музе, они жили в своеобразном «государстве в государстве», попадая вследствие этого то в трагичные, то в комичные ситуации. Большинство из них были подобны двуликому Янусу. Когда душа их находилась в орбите власти, они напоминали «бесов». Но стоило им перешагнуть границу и оказаться в стране поэзии, они тут же приобретали ангельские черты князя Мышкина. Думаю, не надо объяснять, как ненавидел я их в первой ипостаси (особенно после ташкентских событий) и как любил во второй. Получается, и я стал, в определенном смысле, «двуликим» …
До сих пор Симонов, Полевой и, конечно, Твардовский относились ко мне, как поэты. Поэтому в моей памяти они продолжают сиять подобно жемчугу, не теряющему с годами ни блеска, ни ценности…
Однажды в ноябре 1962 года, незадолго до моего отъезда в Грецию, я в последний раз встретился с Симоновым и Полевым, по просьбе последнего. Встреча состоялась у Симонова дома, в небольшой квартирке возле метро «Аэропорт». Он только что переехал туда вместе со своей третьей женой, очень преданной ему и его творчеству молодой и энергичной Л. Жадовой. К тому времени Симонов утратил свой светский лоск, но приобрел лоск куда более стойкий — прежде всего после издания своего эпического романа «Живые и мертвые», значительно расширившего земли литературного «государства».
Его скромная квартира, не имеющая ничего общего с бывшими хоромами на улице Горького, находилась в том же доме, что и поликлиника Союза писателей, разместившаяся на первом этаже. Симонов пошутил в связи с этим: «Мы пригласили тебя сюда в на-
дежде вылечить от твоего упрямого желания уехать», — сказал он, грассируя (его речь, как известно, имела эту особенность). В самом начале нашего разговора и он, и Борис Полевой честно признались мне, что устроили эту встречу по указанию сверху. Их попросили поговорить со мной в последний раз, поскольку уже более десяти лет они были моими неизменными защитниками и друзьями. В этой связи на них лежала повышенная ответственность.
Они не могли не подчиниться партийной дисциплине, но (и это отнюдь не из уважения к их памяти) должен сказать, что они сделали это формально и неохотно, в сущности не пытаясь предотвратить возвращение Одиссея в Итаку. И это была еще одна примета времени, показывавшая, как быстро зрели ростки либерализма в сознании людей, причем даже тех, кто до поры до времени не вступал в открытый спор с властями (это они сделают позже).
Вместе с тем они не преминули выразить свое искреннее беспокойство по поводу моего литературного будущего на родине и связанных с этим трудностей. Они считали возвращение в Грецию пагубным для такого писателя, как я, сформировавшегося в огромной стране, с населением более двухсот пятидесяти миллионов человек, где удачная книга или пьеса моментально получали массовый отклик, дающий ее создателю возможность полностью обеспечить себя материально и спокойно работать над следующим произведением. Конечно, и в Греции были писатели, успешно решающие денежные проблемы, но совсем другим способом: они создавали легкие развлекательные вещицы, приносящие быструю прибыль. Не мог же я в подражание им оставить свой «класс тяжеловеса», представляющий романы и пьесы с серьезной исторической и политической основой, требующий немалого времени на обработку материала, упорной и многолетней борьбы с формой — словом.
Они говорили все это не для того, чтобы запугать меня, а для того, чтобы просто обозначить проблему.
— Я же знаю твою склонность к крупным эпическим произведениям. И я выразил это публично, на официальном уровне, — напомнил мне Симонов о своем участии в обсуждении моей дипломной работы в мае 1955 года.
Он изложил это в своем письме, выдержки из которого я привожу здесь в память о нем: «…Хотя в свое время мы, одни из первых выпускников Литературного института, выходили из него не только с печатными циклами стихов, но и с первыми книжками (Алигер, Долматовский, Сергей Васильев, Матусовский, я, Сергей Смирнов и другие), но думаю, что ни один из нас, заканчивая Литературный институт, не мог положить на стол экзаменационной комиссии такого весомого произведения, которое кладет сейчас на стол Алексис Парнис… Он крупный, зрелый, вполне сформировавшийся в серьезного и очень зрелого художника, поэт, он очень известен в своей стране, широко известен за ее пределами, широко известен у нас — и это все вполне закономерно, потому что он уже сейчас, находясь в положении защищающего диплом выпускника, является человеком, сказавшим в поэзии свое слово – слово, которое не вычеркнешь…»
(Печатается в сокращении.)

Алексис ПАРНИС
Перевод с греческого
Галины ИВАНОВОЙ.

Комментарии:

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


Комментариев пока нет

Статьи по теме: