последние комментарии

trustlink1

ШАПКА ПО КРУГУ:

Владимир ЛичутинСбор средств на издание «Собрание сочинений в 12 томах» В. Личутина

Все поклонники творчества Владимира Личутина, меценаты и благотворители могут включиться в русский проект.

Реквизиты счёта

Получатель ЛИЧУТИН ВЛАДИМИР ВЛАДИМИРОВИЧ

Cчёт получателя 40817810038186218447, Московский банк Сбербанка Росии г. Москва, ИНН 7707083893, БИК 044525225,

Кс 30101810400000000225, КПБ 38903801645. Адрес подразделения Банка г. Москва, ул. Лукинская, 1. Дополнительный офис 9038/01645.

 

 

Русская школа – вопрос не праздный

Всё бы оно и ничего в современном российском образовании. И гранты большие выделяются из госбюджета, и форумы красивые проводятся, и дети радуются. Только вот порой на экзаменах преподавателям хочется плакать.
Как рассказал мне преподаватель института культуры города N, студентка 1 курса сценарного факультета взяла тему японской культуры, но оказалось, что ничего в ней не смыслит. Педагог сжалился и решил: давайте по школьной программе… Из героев «Войны и мира» студентка смогла вспомнить только Наташу Ростову.
– А не помните, там был ещё Андрей Болконский, – как бы извиняясь, подсказал преподаватель. Всерьёз разговор уже не шёл. Студентка с полной уверенностью согласилась, мол, конечно, был, о чём речь.
– А что за война тогда шла? – продолжал преподаватель.
– Первая мировая, – не задумываясь, ответила девушка.
Преподаватель держал тональность:
– А Болконский был за белых или за красных?..
Студентка непоколебимо отвечала, что за белых.
Завершилась эта сцена тем, что девушка не соглашалась иметь двойку, и даже тройку, потому что не желала лишаться стипендии. Оказалось, что по другим дисциплинам у неё пятёрки. И портить картину из-за Болконского, сами понимаете.
Этот случай не выдающийся, он, увы, рядовой. На вступительном экзамене уже в другой гуманитарный вуз другого города юноша долго думал над вопросом экзаменационной комиссии, «о чём написано в романе «Тихий Дон»?
– Про что там?! – умолял преподаватель – человек, влюблённый в литературу.
– Про реку, – был окончательный, исчерпывающий ответ.
…Что-то случилось со школьным образованием. Мы сами не заметили, как наших детей перезагрузили с потерей всех данных. Девочка одиннадцати лет на экскурсии в Михайловском с мамой. Мама показывает на широколиственный дуб: «Вот и дуб зелёный».
– Какой дуб? – не поняла девочка.
– Где златая цепь, кот учёный.
– Какой кот?
Было ли такое в истории России, чтобы дети и родители не могли понять друг друга, говоря о самых простых и одновременно ключевых образах национальной культуры?!
Эти саркастические заметы, которые записываешь или запоминаешь автоматически, по журналистской привычке, не имея сил пройти мимо, отнюдь не умаляют великого труда учителей, понимающих, что происходит, и мобилизовавших сегодня все силы на то, чтобы в нынешнем контексте безкультурья учить детей. Как учили в годы войны, оккупации, послевоенного голода.
Моя бабушка заканчивала школу в 1946 году в разорённом селе подо Ржевом. Учились всю войну. А были дни, когда одна деревня трижды переходила то к нашим, то к немцам. Бабушкин табель об успеваемости, который мы храним в домашнем архиве, написан на листке из немецкого ежедневника. Каллиграфический почерк русской учительницы поверх готического немецкого шрифта… Пушкинские строки из стихов и сказок бабушка помнила и часто, к слову, цитировала, хотя всю жизнь проработала кассиром на автостанции. Все её знания, в том числе математики, были – из школы.
Мне не терпелось спросить сегодняшних учителей литературы, как выдают аттестаты детям, которые не знают, о какой войне писал Л. Толстой. Учитель одной из районных школ Тверской области, выслушав «историю болезни» и отвечая на мой вопрос, сразу сказала, что если двадцать лет назад на изучение «Войны и мира» отводилось 15 часов, то сейчас всего 5 часов…
Все учителя, к которым мне доводилось обращаться, отмечают, что у современных детей ослаблена память, они не воспринимают живое слово. Всё потому, что не учат наизусть стихи и прозу. И даже не читают. Но настоящее вредительство – это то, что Интернет даёт им дешёвый суррогат, этакую «кока-колу» – статьи краткого содержания обо всех произведениях школьной программы. Да зачем вообще читать! Только представьте: краткое содержание 2-х томов «Войны и мира» можно прослушать за 11 минут!
Для допуска к ЕГЭ необходимо написать сочинение в 350 слов. Это – примерно страница. Страницу эту мы возвращали, несколько лет публикуя во всевозможных СМИ материалы о необходимости вернуть в школы сочинения, собирая подписи и отправляя письма в Минкульт и Минобр! Нашим детям позволили писать 350 слов. Вместо шести страниц полноценного сочинения, которое все мы – несколько поколений – писали 1 июня. Какой это был торжественный день! Если ты можешь мыслить, рассуждать – значит, ты готов ко взрослой жизни, ты – личность, и на тебя можно положиться.
Все учителя и преподаватели в один голос просят: отмените ОГЭ и ЕГЭ! Дождались. Отменят. «Школьное образование в будущем ждут кардинальные перемены: в частности, исчезнут привычные отметки, звонки на урок и с урока, замечания в дневниках», – заявил директор института «Высшая школа образования» Московского педагогического государственного университета (МПГУ) Константин Зискин. А глава Департамента образования Москвы Исаак Калина высказался о необходимости «ликвидации ЕГЭ» и отмене всяких выпускных экзаменов, поскольку «в случае объединения всех современных технологий в единое целое, потребности в одноразовой проверке знаний в форме экзаменов не будет. Написанием последней контрольной работы учащийся будет завершать этап многолетнего непрерывного формирования своей электронной биографии». Это не фантастика, а планомерная замена нашей живой жизни на исторической отчей земле на электронную биографию в электронном концлагере. Да не бывать этому!
Ввиду этой ломки классического образования учителя литературы сегодня – это бригада особого назначения. Если 5 часов на «Войну и мир», то надо в эти 5 часов суметь вложить любовь к русской девочке Наташе Ростовой, что пляшет в крестьянской избе, надо научить детей переживать вместе с Андреем Болконским, когда он лежит раненый под великим небом и вся жизнь проходит перед ним. Ведь прочитал же с нами когда-то наш учитель об отце Болконского, об этом старике, что, провожая сына на войну, твёрдо говорит ему: «Помни одно, князь Андрей, коли тебя убьют, мне, старику, больно будет… А коли узнаю, что ты повёл себя не как сын Николая Болконского, мне будет стыдно!». Если не представить себе, как щемяще он выговаривал эти слова, ничего, кажется, не поймёшь в этой жизни…
Имея величайший опыт царской и советской школы, мы сегодня подло обкрадены! Разве не у нас был замечательный учебник К. Ушинского «Родное слово»? Сегодня его вернули в частной православной гимназии Свято-Алексиевской пустыни – учителя и дети в восторге, результат овладевания русским языком – налицо!
А разве не для нас с такой любовью был написан Дмитрием Иловайским учебник по русской истории? Прочитав его, невозможно не полюбить Россию. Для сравнения: возьмите учебник истории для педагогических вузов, по которому учат сегодня учителей. Там остервенелая ненависть к нашим былым властителям. Откуда тут возьмётся любовь у учителя? И ещё: разве не по нашему учебнику математики А.П. Киселёва учатся теперь в Европе? А у нас введена программа по математике, которая не предполагает идеального знания таблицы умножения. Об этом мне чётко сообщила директор одной из московских гимназий. Как тут не вспомнить устный счёт в народной школе С.А. Рачинского, изображённый на одноименной картине его ученика – художника Н.П. Богданова-Бельского? Если в школе Рачинского дети после трёх лет обучения устно решали примеры на сложение и вычитание двузначных чисел в квадрате, то сегодня пример, запечатлённый на этой известной картине, студенты не могут решить в программе Excel. Об этом рассказал Виктор Иванович Котов, доцент кафедры испытания сооружений Национального исследовательского Московского государственного строительного университета, преподаватель высшей математики.
Не всё в порядке в Датском королевстве. Согласитесь. Хорошо, если вузовский профессор смирится и станет объяснять, как сложить в уме двузначные числа, про что в конце концов «Тихий Дон», а то ведь так и не поймём – какой дуб, какой кот?
На Украине мы уже проиграли культурное пространство – оно оккупировано. Работа писателей, историков, а главное МИДа, Минкульта не была сделана. Наше братство, увы, сводилось лишь к тому, чтобы делить деньги за транзит газа. А в это время славянофобы забугорного и местного разлива вели свою методичную, чёткую, профессиональную работу по раздроблению единого народа России и Украины.
Выхода нет. Если завтра в своей стране мы не хотим получить майдан и закоренелую нерусь, надо работать. И примеры такой подвижнической работы есть. Есть Костяевская школа в Ивановской области, где благодаря учителю Бухаровой Наталье Евгеньевне, автору учебника «Святыни Отечества», удалось сделать факультативный курс на основе этой книги и тем самым сохранить от закрытия сельскую школу, которую оставили как экспериментальную площадку под этот курс. Есть Русская школа в Твери, где дети не просто изучают православный и народный календари, они живут в этой традиции, вовлекая родителей в круг национальной культуры. Есть Ивановская школа на Лехте в Ярославской области с колоссальной авторской программой директора Владимира Мартышина. Пока эти школы, как это ни парадоксально, приходится час от часу защищать от нападок чиновников. Однако верим, что в ближайшем будущем именно за такими живыми, полнокровными школами будущее России.
И руководство отечественным образованием должно лечь в руки такого человека, который служил русской школе всей жизнью и знает цену учительского хлеба, сохранил (а не реформировал!) отечественные – лучшие в мире – традиции образования, воспитал достойных, любящих Отечество учителей, врачей, военных, священников. «Вопрос о современной русской школе не есть вопрос технический и частный, зависящий от более или менее успешной деятельности того или другого правительственного ведомства, – писал полтора века назад выдающийся педагог С.А. Рачинский, – не есть вопрос программ и более или менее практически устроенного надзора. Это – вопрос роковой и грозный. От качеств ныне подрастающих русских поколений зависят судьбы мира». Да, это от нас и от тех, кого мы воспитаем, зависят судьбы мира. От людей с великой историей и культурой, а не с электронной биографией. Нам так заповедали Пушкин, Достоевский, Менделеев, Рачинский...
 
Ирина УШАКОВА
Free Joomla! templates by AgeThemes